Белорусы платят налогов больше, чем американцы
«Если это не ложь властей, то это манипуляция» – Владимир, результаты исследований «Кошту ўрада» почти сенсационные. Вы доказали, что, по сути, «жировки» белорусы оплачивают полностью… – Что касается оплаты услуг ЖКХ, нам ведь как говорят: незначительную часть коммуналки оплачивает население, все остальное – государство. Но населению недоговаривают, что государственный бюджет формируется за счет налогов, пошлин […]
«Если это не ложь властей, то это манипуляция»
– Владимир, результаты исследований «Кошту ўрада» почти сенсационные. Вы доказали, что, по сути, «жировки» белорусы оплачивают полностью…
– Что касается оплаты услуг ЖКХ, нам ведь как говорят: незначительную часть коммуналки оплачивает население, все остальное – государство. Но населению недоговаривают, что государственный бюджет формируется за счет налогов, пошлин и прочих сборов, которые исправно платят все. То есть мы из своего кармана кладем деньги в бюджет, а бюджет нашими же деньгами оплачивает наши ЖКУ. Бюджет как посредник. Например, в среднем в 2014 году белорусы платили 300 тысяч по жировке, а еще 300 тысяч через налоги в бюджет и по цепочке – ЖКХ. Такие схемы для руководства страны – возможность манипулировать информацией для того, чтобы объяснять населению, что оно все время государству должно.
Такая же ситуация наблюдается и с транспортным налогом.
В конце 2000-х годов государство упразднило Дорожный фонд и отменило сборы с предприятий, заменив акцизом на бензин. То есть было решено на ремонт дорог собирать средства с владельцев авто через акциз на топливо. Бензин подорожал, но казалось, что механизм выбран справедливый: кто больше проехал, тот больше заплатил. Потом случилась девальвация, бензин даже подешевел, и, скорее всего, в какой-то год решили, что деньги, полученные через акциз, надо отправить на иные, более нужные цели. А для населения ввели транспортный налог.
Или прошлогодняя инициатива властей увеличить подоходный налог на 1%. Президент обещал, что все эти деньги отдадут многодетным детям. Но уже сегодня можно абсолютно точно сказать: деньги в полном объеме до многодетных семей не дойдут. Смотрите: бюджет 2015 года содержит строку «Помощь семьям, воспитывающим детей», и если подсчитать, сколько люди заплатили подоходного налога в 2014 году и какую сумму составил 1%, и сравнить с планами 2015 года, то получится, что многодетным семьям уйдет только 2/3 от положенной суммы: 60–65 процентов. Одна треть просто растворилась в бюджете. Президент не сдержал слово и обманул народ? Или чиновники не выполнили соответствующее поручение?
Нам интересно следить за высказываниями президента, правительства и проверять, как они выполняются. Так вот по ЖКХ, транспортному налогу и увеличению на 1% подоходного налога – если это не ложь властей, то это манипуляция информацией и недоговаривание.
– То есть ваш проект создавался в том числе и для того, чтобы контролировать власть?
– Это скорее мониторинг и попытка объяснять людям, как выполняются обещания.
Нам кажется, что налоги должны платить сами граждане, а не предприятия. Это гораздо сильнее дисциплинирует людей. Если человек знает, сколько он платит налогов и куда конкретно они идут, а не растворяются в бюджете, он охотнее их платит и может требовать более высокого качества услуг от государства. У него появится понимание, что государственный бюджет – это большая касса взаимопомощи, и, если, мы туда больше заплатим, мы оттуда и больше сможем взять.
– Ваша команда – это кто?
– Несколько экономистов. Но то, что в госструктурах называют очень сложной и объемной работой, на которую требуется большой человеческий ресурс и масса времени, мы выполняем достаточно быстро. И затраты на это идут копеечные. А на старте нам помогли коллеги из Словакии: они подарили нам сайт, мы перенастроили его под нашу реальность.
Сегодня любой желающий может зайти на наш сайт и получить информацию о бюджете, может воспользоваться нашим «калькулятором» и высчитать, сколько он лично платит налогов. И, к слову, у большинства белорусов налоговая нагрузка составляет 45–55 процентов от доходов. Если кто-то получает на руки, условно говоря, 500 долларов зарплаты, то реально после оплаты услуг (ЖКХ, транспорт и т.д.) ему остается где-то долларов 350. А весь фонд оплаты его труда – это 700–750 долларов. Ведь есть та часть налогов, которые человек не видит, которые за него уже оплатил работодатель – это отчисления в Фонд социальной защиты, подоходный налог и Пенсионный фонд. И есть налоги, которые «спрятаны» в акцизы, НДС.
– Раньше нам все время говорили, что на Западе население платит просто невероятно большие налоги. Выходит, мы им уже не уступаем?
– Если подсчитать в сумме, то мы платим больше, чем американцы, и не уступаем европейским странам, находимся на уровне таких развитых стран, как Франция, Норвегия, Швеция…
Есть хороший показатель под названием «Уровень налоговой нагрузки». Например, в Швеции этот показатель составляет 46,7%, в Италии – 43,4%, в Финляндии – 42,6%, в среднем по Европе – 38%. Если посмотреть на наш консолидированный бюджет, то его соотношение к ВВП будет около 30%, но если прибавить Фонд социальной защиты, куда каждый белорус платит 34% от Фонда заработной платы, то соотношение станет уже 40%, что соответствует среднеевропейскому уровню. Вот такие интересные трюки в государственных финансах.
«В кризисе есть определенный позитив»
– Как экономист, можете сделать прогноз: долго еще белорусы будут жить «так себе»?
– Мне кажется, это зависит от того, как белорусы сами к себе относятся.
Беларусь – государство патерналистское. Государство относится к нам, как к детям, считает, что может нас учить, указывать, что и как нам делать. Мы, как дети, ждем от государства-родителя заботы.
На мой взгляд, эти взаимоотношения в корне неверны. Мы должны исходить из того, что находимся на одном уровне с государством, чиновниками и президентом. Мы должны понимать, что государство – это не трон, скипетр и держава. Государство – это большая корпорация, которая оказывает нам услуги, и мы вправе за свои деньги требовать от него эффективности.
– Можете объяснить, почему в нашей стране все не как у людей? Например, газ стали покупать по цене ниже, чем в прошлом году, а для населения газ подорожал. Доллар упал, а цены на товары как росли, так и растут, импортные лекарства скоро будем покупать, как говорится, только от смерти. Почему мы никогда не чувствуем на себе никаких положительных изменений в экономике?
– Девальвация и инфляция – разные вещи. Инфляция – это рост цен, девальвация – изменение курса доллара. Если девальвация происходит быстро, инфляция за ней не поспевает, растягивается на какой-то период. Инфляция как бы доигрывает девальвацию, и цены все время растут.
На цены также очень сильно влияет государственная монополия. Если есть монополия – нет конкуренции. В Беларуси экономика государственная, 80 процентов предприятий так или иначе принадлежат государству. Им нет смысла бороться за потребителя, снижать цены.
– Слышала мнение, что кризис, который мы сейчас переживаем, – это очень хорошо. Потому что он учит белорусов работать: зарплаты сдуваются до реальных, заработанных, рабочие места сокращаются и скоро за право занимать должность придется бороться. Одним словом, хорошо, что кризис наступил. А вы как считаете?
– Действительно, кто-то говорит, что кризис – это хорошо, потому что происходит обновление. Другие утверждают, что плохо, потому что все беднеют. На мой взгляд, это не плохо и не хорошо, это закономерный этап развития ситуации.
Любая рыночная экономика имеет подъемы и спады. В кризисе важно не то, что падает зарплата, банкротятся неконкурентоспособные предприятия, многие люди беднеют. Кризис – это хороший повод сделать выводы и переоценить то, что ты делал. Можно изменить организацию производства, можно сменить работу, выбрать другое направление деятельности. И в этом есть определенный позитив кризиса.
– Упадет ли в стране уровень жизни после президентских выборов?
– Ближе к выборам зарплаты несколько поднимутся, у бюджетников процентов на 15. И потом мы вернемся к тому, что недавно было: придется опускать курс белорусского рубля.
Нынешняя ситуация в Беларуси во многом мне напоминает конец 1970-х – начало 1980-х годов. С точки зрения общественного уклада у нас происходит то же самое. Например, тогда тоже шла активная борьба с тунеядством. Но по сути и тогда, и сейчас наше правительство расписывается в собственной беспомощности. Кроме того, Беларусь очень сильно зависит от России, и мы будем чувствовать все, что чувствует Россия. А там что происходит? Крым, восток Украины сегодня для России, как Афганистан для СССР. Через лет пять-семь Россия поймет, что ресурсы, выброшенные на войну в Украине, выброшены на ветер, всем станет жить еще хуже. Резервы будут таять, кризис будет усиливаться.
– Как лично вы справляетесь с кризисом?
– В кризис есть спрос на аналитику. В этом плане мне в кризис работается хорошо.
– То есть без работы еще долго не останетесь?
– Планов много, в ближайшем будущем – мониторинг госзакупок. Мы считаем, что сфера госзакупок – одна из самых коррумпированных в нашей стране. И создание такого сайта, который будет собирать информацию из различных источников, анализировать ее и давать журналистам в более понятной форме, будет способствовать тому, что коррупция на тендерах будет снижаться.
Первый такой опыт уже есть. Мы исследовали информацию, размещенную в открытом доступе, о закупке валидаторов для общественного транспорта Минска и пришли к выводу, что закупка проводилась по невероятно высоким ценам. Только 1730 электронных компостеров обошлись бюджету города почти в 12,5 млрд рублей. За каждый компостер было уплачено 7,2 млн рублей, или порядка 730 долларов. После того как наша информация попала в прессу, меня дважды приглашали в Департамент финансовых расследований. Там начата проверка, расследование продолжается.
Второй недавний случай – мы проанализировали закупку сайта для Следственного комитета. Сайт стоил порядка 80 тысяч долларов по тогдашнему курсу, а на рынке такой сайт можно было купить в пределах 1–5 тысяч долларов. Цена была неоправданно высокая.
Безусловно, мы не должны подменять собой ДФР, Генпрокуратуру, но мы те самые граждане, общественность, которые должны привлечь внимание контролирующих органов, потому что у них, возможно, недостаточно времени, чтобы все это изучать. Можно взаимодействовать вместе. И мы этим планируем заняться.
Мария ЭЙСМОНТ
Источник: http://www.nv-online.info/by/590/printed/103539/%D0%92%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80-%D0%9A%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D0%BB%D0%BA%D0%B8%D0%BD-%C2%AB%D0%91%D0%B5%D0%BB%D0%BE%D1%80%D1%83%D1%81%D1%8B-%D0%BF%D0%BB%D0%B0%D1%82%D1%8F%D1%82-%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%B2-%D0%B1%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D0%B5-%D1%87%D0%B5%D0%BC-%D0%B0%D0%BC%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D0%BD%D1%86%D1%8B%C2%BB.htm
17.06.2015